К импотенции

1. Разрушение соборности, рождение индивидуальности. Сопротивление соборности, необходимость доказательства права на собственное существование. Во вселенной рожденной индивидуальности отказ от собственного равносильно смерти.
2. Многообразие форм доказательства. Общая идея жестких знаков. Жесткие знаки за пределами языка. Жесты, поступки. Гипертрофированная уверенность (если я не буду верить в себя, если я сам для себя не Вселенная), самонадеянность. Вечная инфантильность.
3. Жесткие знаки в языке. Итонации, выражения.
(а) Переупрощенное представление о чеканности формулировок. Язык милицейских протоколов (язык ментов). Канцеляризм как собственная апология, как вынужденная мера. Дорога ментов.
(б) Обобщение формулировок. Меньшим количеством слов обозначается большее число понятий. Нарочитая терминологическая небрежность. Дорога гопоты
Должно быть представление в терминах коннотатов и т.п.

Цикличность

Моэм в “Искусство рассказа”

…Энтони Троллоп. Целое поколение о нем не вспоминало, но вот в английской жизни произошли перемены, теперь его романы приобрели ностальгическую прелесть и привлекают множество читателей.

А вот интересно, вспыхнет ли  интерес к “крепким” советским авторам? И если да, то к кому? Конфликт литературности и интереса… Не соображу как сформулировать. Идея в том, что в той среде, где мог бы расцвести интерес к советской литературе, литература вообще не в чести.

Лотман здесь вспомнился по поводу его рассуждения о нестабильности деления на высокую и низкую литературу. Как раз и время потрясений на дворе. Не хватает "политической основы".

Об искусстве

Т. Сапахов (нар. худ. СССР, действ. чл. Академии художеств СССР) в предисловии к книге Липатова Краски времени (Молодая гвардия, 1983) пишет

Издавна человек хотел постигнуть мир прекрасного. Он находил прекрасное в жизни и создавал Искусство, которое  стало  одной  из  интереснейших  форм человеческой деятельности…

Настоящее искусство всегда идет от жизни, от природы, оно оптимистично…

Картина Василия Сурикова  "Переход  Суворова  через  Альпы"  рождает  в  нас гордость за русских солдат,  помогает  воспитывать  патриотизм  и  мужество…

Такой вот манифест.  Искусство как развлекуха и орудие пропаганды. Читать противно. Закрыл и стер.

Boyd and analogies

Boyd в On the origin of stories пишет

Often those wary of Darwinism suppose that the more we see evolution as shaping minds, the less room we have for flexibility. But flexible behavior requires more, not less, genetic underpinning, just as a computer can do more, not less, the more software it has installed.

Если бы я увидел это рассуждение до того, как купил книгу, то отложил бы ее в сторону, чтобы больше к ней не прикасаться. Даже не ставя под сомнение исходное положение отнсительно влияния эволюции на гибкость поведения, аналогия с компьютером – отвратительна. Прежде всего, какое отношение программное обеспечение имеет к эволюции? В каком смысле можно поставить знак равенства между генетическим фундаментом и программами. Прямолинейная аналогия, которая тут напрашивается – генетический базис – аппаратура, приобретенные признаки – программы. Теперь вопрос стоит так на какую основу удобнее укладывать приобретаемые признаки? Компьютерный опыт показывает, что здесь нет однозначного ответа. Что лучше – много медленных инструкций или мало быстрых? И так бывает, и так бывает.

Дело не в том, что аналогия неправильная, а в том, что она прежде всего спорная. Читая Бойда тяжело избавиться от впечатления, что у него все рассмотрение построено на такого рода поверхностных аналогиях. В самом по себе таком подходе нет крамолы, но когда аналогии начинают эксплуатироваться слишком серьезно появляется сомнение, а не попали ли мы в рабство к тому, что от силы могло тянуть на слабую зависимость. Доверие падает не столько с самому способу рассуждения, сколько к его глубине.